Книга "Ягдтерьер" Автор М.А. Муромцева читать Online

ГЛАВА I

КАКОЙ ОН, ЯГДТЕРЬЕР?

1.Характер и личность: разные мнения, разные отзывы

Пожалуй, ни одна порода охотничьих собак не имеет столь про­тиворечивых мнений о себе. До сих пор для многих собаководов ягдтерьер остается "терра инкогнита", и судят о нем подчас по­верхностно: по внешнему виду да не по лучшим проявлениям по­ведения, где-то однажды увиденным. Какой же он, ягдтерьер?

Уверенный в своих силах, независимый и самостоятельный, ре­шительный и бесстрашный, обладающий молниеносной реакцией и способностью действовать крайне решительно. Это — ягдтерьер.

Необузданный в проявлениях слепой злобы, доходящий до ис­терики от ярости, готовый вцепиться во что угодно, слепо и безрас­судно бросающийся на любой живой объект, независимо от его размеров, экспансивный и неуравновешенный. Это — тоже ягд­терьер.

Обладающий твердым характером и чувством хозяина положе­ния в любой критической ситуации, гордый и самолюбивый, жест­кий в своих решениях и мужественный, никогда не поступающий­ся собственным достоинством, лишенный лести и угодничества, бескомпромиссный в схватках со зверем и умеющий постоять за себя в любом собачьем обществе, даже среди крупных псов. И это ягдтерьер.

Искусанные в кровь руки хозяина и агрессия в его адрес, соба­ка, терроризирующая женщин и детей, огрызающаяся на любой акт принуждения, неуправляемая и плохо контактирующая с че­ловеком, неуживчивая с другими собаками, неадекватно злобная в бытовой обстановке. Увы, это все тот же ягдтерьер.

Равноправный член семьи, преданный всем домашним, но особо любящий хозяина, требующий уважения к себе и одновременно уважающий человека, общаясь с ним "на равных", никогда не заис­кивая перед ним, но беззаветно помогая ему на охоте, действующий расчетливо и умело, принимающий во внимание цели и задачи охотника, управляемый и контактный, несмотря на всю твердость и непреклонность своего характера. И это ягдтерьер.

Какой же он, ягдтерьер? Как отделить "зерна", то есть истинную сущность породы, от "плевел" — неправильного воспитания, непони­


мания человеком собаки, даже собственной, отчего зачастую возни­кают конфликтные ситуации. Наконец, виновата может быть работа селекционеров, когда при отборе производителей и подборе пар не учитываются свойства нервной системы собак. Лучшие же предста­вители породы, грамотно и правильно воспитанные, — отличные по­мощники на многих видах охот, способные доставлять настоящую ра­дость как своей работой, так и понятливостью. Охотник, уважающий в собаке личность, обретет в ягдтерьере не просто настоящего друга, но коллегу и единомышленника.

Характер и личность ягдтерьера сформировала охота. Причем решающее значение для формирования характера, в отличие от других видов охотничьего использования ягдтерьеров, оказала нор­ная охота с ее непредсказуемыми последствиями. Полная независи­мость действий в подземельях нор без подсказки и участия челове­ка, ведение тяжелых, подчас, многочасовых боев с хищником, неред­ко заканчивающихся травмами, а то и гибелью собаки, — эти суро­вые условия не могли не сказаться на характере ягдтерьеров, их по­нятливости, уровне элементарной рассудочной деятельности.

По проявлениям злобы ягдтерьеры, согласно замыслам своих соз­дателей, должны были превосходить- всех известных норных собак. Эта цель достигнута. Ягдтерьеры — злобные собаки с ярко выражен­ным охотничьим инстинктом. Многолетний, в течение целых поколе­ний отбор собак по злобе не мог не сказаться на темпераменте ягдов, их нервной системе. Поэтому такая характеристика ягдтерьера, как "необузданный", имеет под собой определенное основание. Именно эта необузданность, безрассудная злоба толкает ягдтерьера в схват­ку с заведомо более сильным и крупным противником. Именно поэто­му ягдтерьеры чаще других нор­ных собак получают травмы и гиб­нут на охоте. Не зря ягдтерьера иногда называют "камикадзе". Именно этот необузданный темпе­рамент делает из ягда "террори­ста". И именно поэтому столь важ­ны для этих собак соответствую­щее воспитание и формирование контакта с человеком на основе знаний специфики породы, а так­же правильно выбранные направ­ления в племенной работе.

Практически любая рабочая норная собака, происходящая из "рабочей династии", лишена лести и угодничества как перед другими собаками, так и чело­веком, не исключая своего хо­зяина и членов его семьи. Не­посредственное и постоянное общение с человеком, пребыва­ние в семейной обстановке только развивают интеллект собак, повышает уровень их понятливости.

В каждой породе норных собак можно встретить диаметрально противоположных по чертам характера особей, собак-антиподов: умниц и бестолковых, отважных бойцов и трусов, самостоятель­ных и нерешительных. При этом удельный вес тех или иных "нуж­ных" качеств в породах различен. Соотношение это носит пере­менный характер, хотя изменения в ту или иную сторону протека­ют подчас очень медленно и мало заметно. Решающим фактором для развития или, наоборот, затухания тех или иных качеств яв­ляется использование породы (или ее части в определенной про­порции) по прямому охотничьему назначению. Если подавляющее большинство представителей породы используется на охоте, то для породы в целом становятся характерными такие черты пове­дения, как решительность, бескомпромиссность, даже суровость. А характер собак становится подчас жестким и строгим.

Суровая красота ягдов, сравнимых, пожалуй, с викингами, пра­ктичность их внешнего вида и шерстного покрова, исключитель­ная строгость линий головы свидетельствуют о непреклонной воле этих собак, способности действовать архирешительно с молние­носной реакцией. Взгляд темных глаз, то открытый, радостно сме­ющийся, то отсутствующий, то округляющийся от бешенства и вдруг, в следующее же мгновение преобразующийся в цепкий, острый прищур, невольно вызывает уважение у всех, кто хоть раз видел настоящую работу ягдтерьера или имел возможность пона­блюдать за ним в спокойной, домашней обстановке. "Зерно, отде­ленное от плевел", — хороший ягдтерьер, истинный представи­тель своей породы — это собака, идеально приспособленная к ин­тересам охоты в сочетании с высокой преданностью своим хозяе­вам. И таких собак еще поискать среди охотничьих.

Как у всякого живого существа, у любой породы собак, у ягдтерь- еров тоже, есть для любителей свои "за" и "против". Но нелестные мнения о ягдах, подчас слышимые из уст самих владельцев, "сочув­ствующих" или просто наблюдателей, можно в равной степени отне­сти и к людям, воспитавшим, вернее, не воспитавшим таких собак. Многих охотников, к сожалению, вообще не интересует личность со­баки, и ягдтерьер им нужен как инструмент для добывания зверя. Собака обычно бывает предоставлена самой себе и занимается "са­мовоспитанием", исходя из своего независимого характера. Понят­ными становятся искусанные в кровь руки владельцев, понуждаю­щих ягда, например на выставке, сделать то, что собака не располо­жена (показать зубы, спокойно постоять при обмерах и т.п.). Ягд "страшен в своем гневе" и, доведенный до бешенства, он не остано­вится ни перед чем. Эти собаки не воспринимают "политику кнута" и начинают творить самосуд на свой манер, становясь "террористами" для детей и женщин, живущих в доме.

Невыдержанный, взрывной темперамент — что же, это характе­ристика многих терьеров, и ягд не исключение. Необходимо научить­ся грамотно управлять этим темпераментом, и ягдтерьер сумеет "держать себя в руках", охотно подчиняясь владельцу и признавая в нем сильнейшего, "лидера стаи". Поэтому все "страшилки" о ягд- терьерах необходимо воспринимать критически, делая соответству­ющие "поправки" на личность и собаки и человека.

  1. Норные на прогулке.

Кое-что об этике поведения собаководов

Существует негласная этика поведения собаководов: если при встрече владелец одной собаки просит не подпускать близко соба­ку другого владельца, надо выполнить эту просьбу. Причин может быть много: сука данного владельца пустует, собака больна или она очень злобна и опасна, а может быть, она попросту трусовата. К сожалению, владельцы крупных собак, особенно подростки, не очень пока разбирающиеся в породах, зачастую пренебрегают этой этикой. Мало того, иногда даже специально подводят к мел­ким собакам своего великана, уверенно считая, что уж с его соба­кой ничего не случится, а "мелочь" можно и пугнуть — своеобраз­ный способ самоутверждения. К сожалению, такой владелец даже не отдает себе отчета в том, что если его крупная собака на свобо­де, а у другого владельца на поводке, то он уже нарушает офици­альные правила, принятые при выгуле собак в городе. В случае ее- ли его собака пострадает при встрече, то компенсации не последует, и наоборот, если пострадает собака, находящаяся на поводке, то ее владелец вправе рассчитывать на удовлетворение своего иска.

Такие нежелательные контакты обоюдоостры: может постра­дать и норная собака, но отважный зверовой терьер, как правило, берет верх, тем более если их двое. Особенно неприятны такие контакты на охоте, когда прогуливающийся в охотничьих угодьях "дачник" позволяет бегать на свободе своей крупной сторожевой собаке.

К сожалению, низка пока культура общения современных вла­дельцев собак и, в первую очередь, крупных, сторожевых. Концов­ки, увы, бывают печальными. Ягд, не раздумывая, берет мертвой хваткой по месту атакующую собаку. И если не успеть вовремя разжать разъяренному терьеру челюсти... Многие охотники-нор- ники могут поделиться подобным опытом.

3.  Ягдтерьер у себя дома

Рассказывая о характере ягдов, лучше всего рассматривать особенности его поведения в двух аспектах: поведение, проявляю­щееся на охоте, и поведение в бытовых условиях, в частности в се­мейной обстановке. Твердость, чувство собственного достоинства и горячность ягдтерьеров не всегда счастливо сочетаются. Но "ин­теллект", сообразительность, присущие многим представителям породы, наиболее отчетливо проявляются в спокойной обстановке.

Чем умнее собака, тем богаче ее эмоциональный мир. Внима­тельный владелец буквально наслаждается общением с таким членом семьи, настоящим другом, особенно, если эта дружба осно­вана на взаимоуважении. А это очень важно. Уж что касается ягд- терьеров, то это основное условие общения с ними. Угодничество им ни в коей мере не свойственно. Но не надо путать извинение с пресмыканием или лестью. Если собака обидела хозяина или чле­на семьи, а потом подходит к нему с виноватым видом, ласково смотрит в глаза и дожидается ответной реакции, то достаточно по­журить ее, и мир восстановлен. Если же извинение не будет при­нято и даже резко отвергнуто, то она уйдет со скорбным видом и потом долго ее не дозовешься. А вот при подходе за прощением из­виваться, угодливо вилять хвостом, заглядывать в глаза как-то снизу-сбоку и тем более ползать у ног — этого от ягдтерьера не до­ждешься. Если же гордую собаку бить и битьем требовать выпол­нения приказаний, то в ягде можно пробудить зверя и навсегда ут­ратить с ним контакт и тем более потерять в нем друга. Или, наобо­рот (что реже), можно подавить в собаке личность, превратив ее в хитрого и коварного раба. И сам потом рад не будешь, что сделал с собакой.

Правильно воспитать такую собаку не просто, и основная труд­ность заключается в непонимании действий своей собаки, в неуме­нии найти с ней взаимопонимание, основанное (еще раз подчерки­ваем) на уважении к этому существу.

Характерно, что не только другие собаководы, но и не все вла­дельцы ягдов замечают названную особенность и считают своих собак подчас неумными, неуживчивыми холериками, место кото­рым только в охотничьих угодьях. Такое мнение простительно ди­летантам, но грустно, когда его слышишь от владельца ягдтерьера, воспитавшего не одно поколение представителей породы. Не заме­чая этой особенности, не считаясь с самолюбием своих питомцев, такие владельцы неосознанно, то есть не желая зла собаке, прово­цируют ее на нежелательные действия, которые и объясняют су­ществование противоречивых мнений об этой породе.

Конечно, исключения есть в любой породе, но мы рассматриваем ягдтерьеров сквозь призму черт, присущих породе в целом. Те вла­дельцы, которые относятся к своим любимцам внимательно, но не фамильярничают с ними, проявляют должное уважение к личности собаки, но строго спрашивают с нее, общаются с ней, уделяют ей вре­мя, — видят, что их питомцы понимают очень многое, правильно ис­толковывают разнообразную, не всегда содержащую одни и те же слова речь владельца, убеждая его в своей понятливости.

Очень часто в семьях общение с собакой напоминает общение с четырех-пятилетним ребенком, только у первых, пожалуй, богаче жизненный опыт.

  1. Словесные портреты

Чтобы лучше представить особенности общения с представите­лями породы, мы приведем словесные портреты двух сук — Касан- дры и Мишель. Каждая собака индивидуальна, и наши примеры основаны на чертах характера ягдтерьеров как свойственных кон­кретной собаке в отдельности, так и типичных для породы в целом.

Старшая сука — Касандра — очень умная, расчетливая, темпе­раментная собака. В молодости не отличалась особой сдержанно­стью и нередко ее действия были коварными и непредсказуемыми, что доставляло нам немало беспокойств и неприятностей. Считает себя хозяйкой дома, очень болезненно воспринимает посягательст­во на свою самостоятельность, терпеть не может, когда ее беспоко­ят во время какого-либо занятия или отдыха (сна).

Отличный сторож. К посторонним чрезвычайно строга, даже враждебна, но в присутствии члена семьи ведет себя достаточно сдержанно. Очень предана всей семье. Каждый приезд кого-либо из ее членов встречает с восторгом и бурной радостью и, наоборот, отъезд сопровождается тихой печалью собаки. Она сникает, гру­стит, иногда забивается в укромные места. Весьма эмоциональна, причем чувства ее очень красноречиво выражаются глазами, ми­микой; В спокойной обстановке четко проступают элементы рассу­дочной деятельности. Обращение к себе понимает с полуслова. В стрессовой ситуации картина резко меняется: она плохо управля­ема, руководствуется только своими соображениями и с требова­ниями владельца мало считается.

К своей дочери, Мишель, хорошо относится, они часто играют, но бывают и ссоры, резкие, быстрые: вспыхнут, как порох, три, че­тыре секунды, и опять все спокойно. За дочерью следит. Если в ее понимании (а оно нередко совпадает с нашим) Мишка ведет себя неправильно — агрессивно ее облаивает, подчас апеллируя к нам за поддержкой.

Реакция ее молниеносна. Хватка очень неприятная: оставляет рваные раны. В своей охотничьей деятельности отдает предпочтение охоте на зайца, водоплавающую и боровую дичь. Обладает высоким, очень сильным, не совсем характерного тембра голосом. Исключи­тельно чистоплотна и аккуратна.

Мишель во многом отличается от своей матери. Не очень расчет­лива, но весьма самостоятельна.

Когда ей пошел третий год, чув­ствовалось, что хозяйкой дома станет она. Более хладнокровна и ведет себя решительнее, чем мать. Хватка крепкая, не рвет и, как правило, берет по месту.

Если она занята чем-то своим, даже в спокойной обстановке, не очень-то склонна идти навстречу просьбам и требованиям владель­ца. Предана домашним. К посто­ронним относится агрессивно, на-

Хозяйка дома ягдтерьер Мишель с эк­спертами всероссийской категории М. А. Муромцевой и В. К. Комаровым.

падая подчас молча, без предупреждения. Останавливаясь погово­рить с кем-то на улице и даже дома приходится следить за ней. Мо­жет быть, это пройдет, как это было у Касандры.

Умна, но ум ее как бы за семью печатями — "вещь в себе". Не всегда поймешь, какова ее цель. Но когда обращаешься к ней, ви­дишь, что она многое, как и мать, воспринимает с полуслова. Оде­та более тепло (жесткошерстная разновидность), чем родительни­ца, и холодную погоду переносит значительно легче. В своей охот­ничьей деятельности тяготеет к норному зверю и охоте на зайца. По зверю голос неплох, но в повседневной жизни, как ни странно, временами напоминает голос петуха. Мишель не заносчива. С удо­вольствием позволяет себя поласкать, но своеобразно. Если она в настроении, то буквально переворачивается на спину — почеши ей живот (это ей очень нравится). Касандра в этом отношении — недотрога. Терпеть не может, когда к ней лезут с лаской и теребят руками. Ласку она любит, но словесную. Она чинно сидит на коле­нях и с удовольствием выслушивает фимиамы в свой адрес. Если у нее хорошее настроение и она словами обращения довольна, то через некоторое время она лизнет руку или шею. Говоришь ей что- то типа: "Кася у нас умница, красавица, львица, и сердить ее не го­дится, и трогать ее нельзя, зашипит, как змея". Не всегда ей нра­вятся последние слова и у нее иногда капризно вздергивается верхняя губа, обнажая зубы. Очень эмоциональная собака.

В Мишели поразило особое внимание ко мне, которое выразилось в том, что она в один из дней пребывания на даче несколько раз под­ряд подходила ко мне и тыкалась носом в одно и то же место поясни­цы. Я не мог сразу понять, в чем суть столь необычного поведения со­баки. А вечером обнаружил опухоль, которая образовалась в резуль­тате неоднократного почесывания — по-видимому, в теле оказался лосиный клещ. Все повторилось, когда у меня на ноге образовался от потертости нарыв. И это были не первые случаи, просто раньше я не обращал внимания. При наличии ссадин или ран у меня на руках или ногах Мишка часто напоминает мне об этом. Со временем я понял, что она (если так можно выразиться) в определенной степени "сле­дит за моим здоровьем". Сколько у нас было собак, но такой "сердо­больности" я ни за кем не замечал. Интересно и обратное. Когда у нее возникали какие-либо неполадки, то она нередко подходила ко мне как бы с просьбой: помоги! Так, например, трижды было с кусочками костей, которые застревали у нее в зубах. Подбежав ко мне (а я уже догадывался по ее поведению, в чем дело, и подзывал ее), она преспо­койно позволяла открыть пасть и извлечь источник беспокойства.

Очень любит играть с матерью, а так как та уже "солидная ма­трона", то ее нелегко расшевелить, и Мишке приходится долго на­стаивать надрывным лаем. Если она начинает досаждать мне, я об­ращаюсь к Касандре: "Да поиграй ты с ней, что ты все спишь". Обыч­но после этого начинается возня. Несмотря на то что Мишель уже взрослая особа и дома держится хозяйкой, ее отношения к матери все же чаще напоминают отношения не очень послушной дочери.

Словарный "запас" Касандры весьма значителен. Вот примеры обращения к ней: "пойди скажи Орму, что пойдем гулять". Она мчится к фоксу, находит его в укромном месте, и они оба, жизне­радостные, являются ко мне. Если обращение звучит "пойди по­ищи, где Орм", то, найдя его, Касандра лаем извещает, что нашла старика. А Орм, конечно, и не думает вылезать из своего убежища.

Каждое обращение к Касандре типа: "подожди; сейчас пойдем; иди спать; иди тихо; иди быстрей, быстрей; иди на место; сиди дома, на улице дождь; я иду в магазин; посмотри, кто идет; иди посмотри в окно; сегодня придет Володя, Ира и т.д. и т.п. Сколько смысловых мо­дификаций только со словом "идет", воспринимается собакой верно. И таких примеров много. Если к этому добавить большую чуткость Касандры к тональности обращения, то не приходится удивляться "она все понимает, разве, что не говорит".

Ягдов не надуешь, если скажешь, мол, сидите дома, идет дождь, а его нет. Они все равно предпримут попытку выскочить со мной на улицу.

Вот маленькие сценки на даче и в городской квартире. Касандра и моя жена сидят на кухне. Время позднее. Собака начинает зевать. Жена говорит: "Пожалуй, пора спать, иди Кася, я сейчас уберу со стола и тоже приду". Сука, взглянув ей в глаза, встала и, потягива­ясь, отправилась в комнату. Ее еще было видно в дверях, как хозяй­ка вспомнила, что Касандре не мешало бы перед сном сделать дела. "Кася" — и та мгновенно остановилась. Видны были из двери толь­ко задние ноги и хвост — "сходи сперва в сад, прогуляйся". Какое- то время сука думала, "размышляя", по-видимому, о том, надо это ей или нет. Решила, что требуется и, развернувшись, быстро идет к выходной двери, которую открывает, налегая плечом, и выбегает в сад. Через минуту возвращается и мчится на свое место.

Помню, как мои слова с просьбой отдать кость уже взрослой Мишели, которая, непрерывно взлаивая, канючила ее у матери, была ею правильно понята с первого раза. Я сказал ей: "Кася, от­дай ты в конце концов кость Мишке". Она встала и отошла в сторо­ну, оставив кость. Я даже не сразу заметил, вернее осознал, что об­ращаюсь к ней, как к человеку, с набором слов, смысл которых она сразу правильно восприняла. Конечно, она могла уловить укориз­ну в тональности моего обращения... И все же, все же. Ведь с этими словами я обращался к ней впервые.

В то же время у обеих сук мне не удается выработать устойчивое выполнение своих просьб, если они не отвечают их интересам, по­требностям. Например, такие элементарные, как "сиди", "ложись", "дай лапу" и т.д. Кстати, с лапой. Это слово им хорошо известно. Идешь по улице с Касандрой. Поводок запутался в ногах. Ей гово­ришь: "Кася, подними лапу" или "убери лапу" — и тут же команда исполнена. Если в этой же тональности, в этой же ситуации я обра­щусь к ней, но с набором других слов, то все может остаться по- прежнему. Конечно, ей мешал поводок, и моя команда подтолкнула ее к немедленному исполнению, поскольку соответствовала ее инте­ресам. В последующем все это вошло в привычку.

Тоже впервые и тоже вечером. Сижу на кухне и пью чай. В квартире очень тепло, и я в трусах. Подходит Касандра и просит­ся ко мне на колени. Боясь, что она когтями поцарапает мне нош, я отказал ей. Она обиделась и отошла в сторону. "Ладно, — пожалел я ее, — возьму". И добавил: "Вот только натяну тренировочные брюки". В этих брюках я гулял с нею по вечерам. Встал и пошел в комнату. Она за мной. И что же? Когда брюки были натянуты и я обронил "пошли", Кася тут же побежала, но не к двери на выход из квартиры, а на кухню, где, как только я сел, она мгновенно вспрыг­нула на колени и благодарно лизнула меня в шею.

А вот пример, основанный первоначально на элементарной дрессировке. Каждую пятницу, вечером, из Москвы идут заказ­ные автобусы, привозящие владельцев садовых участков. Многие приходят встречать своих родных и знакомых и, дожидаясь на обочине шоссе, коротают время, беседуя друг с другом. В ожида­нии, от нечего делать, я быстро приучил Касандру смотреть нале­во по шоссе при вопросе "Кася, а где находится Калинин?" и на­право при вопросе "Кася, где Москва?". Также направо она смот­рит, когда я спрашиваю: "Откуда приедет Ира — твоя любимица"? Не только детей, но и взрослых забавляли правильные "ответы" Касандры. В данном случае собака была очень заинтересована в приходе автобуса, так как очень любит мою дочь и всегда ждет ее с нетерпением. Поэтому она легко, буквально с первого раза, осво­ила это шоу для встречающих, причем без всяких лакомств, про­сто в ответ на поощрение ласковыми словами.


Как видим, характеры обеих сук не просты. На первый план вы­ходят чувство хозяина положения (не путать с "хозяйкой дома") и повышенная эмоциональность. Если с этим не считаться, то в быту трудно рассчитывать на взаимопонимание. Но на охоте каждая по своему хороша. Эти особенности должны быть учтены будущим владельцем норной при выборе породы. В большинстве случаев его будут подстерегать трудности воспитания, дрессировки и го­раздо реже притравки, но преодолев их, он наверняка будет дово­лен, что не ошибся с выбором.